Путь беспощадного культиватора

Пятеро работников, сжимая в руках драгоценные пиалы, смотрели ему в след с нескрываемым благоговением. Для них даже чистый рис был роскошью, а мясо культивируемого зверя — несбыточной мечтой. В этот момент их преданность была куплена окончательно.

*

На другом конце духовных угодий вести о триумфе Чэнь И — об успешной сдаче риса, о его новых подчиненных и о неслыханной щедрости в раздаче мяса — достигли ушей Цуй Дашаня.

Тот сидел в своей комнате, глуша дешевое вино. Когда докладчик закончил, лицо капитана исказилось, став багрово-черным от прилива крови.

Бам!

Фарфоровая рюмка в его кулаке разлетелась в пыль, смешиваясь с остатками вина.

— Хорошо… очень хорошо! — прохрипел он сквозь стиснутые зубы.

Цуй Дашань буквально задыхался от ярости.

— Чжан Цзюгэ! Старый ты пес! Сначала ты выдавил меня под руку этой ведьмы У Юэ, а теперь, прикрываясь должностью управляющего, нагло отобрал мое лучшее поле! Двести камней убытка каждый месяц… Двести камней!

Он тяжело хрипел, глядя на свои окровавленные осколками пальцы. Обида, копившаяся неделями, выплеснулась наружу ядовитой желчью. Он не мог ударить по Чжан Цзюгэ — тот был на девятом слое Конденсации Ци, мастером меча и одним из столпов среди управляющих. Сам Дашань держался лишь за счет покровительства У Юэ, и открытый конфликт означал бы для него немедленную смерть.

Но ненависть требовала выхода. И она нашла его.

— С Чжан Цзюгэ мне не сладить, — оскалился он в зловещей ухмылке. — Но этот выскочка, этот щенок, у которого еще молоко на губах не обсохло?..

Он подошел к окну, устремив взгляд в сторону темных крон Леса Чёрного Ветра, стоявшего на горизонте подобно застывшему грозовому фронту.

— Погоди, мелкий ублюдок. Скоро начнется зачистка периферии. Там-то я тебе и устрою «радушный прием».

В его глазах вспыхнула неприкрытая жажда убийства.

— В конце концов, в лесу всякое бывает. Если ты сдохнешь — виноваты будут демоны. А я, Цуй Дашань, буду совершенно ни при чем.

(Конец главы)

Глава 28

Прошло полмесяца. Ранним утром, когда предрассветные сумерки еще цеплялись за углы комнаты, Чэнь И пребывал в глубокой медитации. Его дыхание было едва заметным, а духовная энергия мерно циркулировала по меридианам, укрепляя фундамент. Тишину двора бесцеремонно оборвал резкий, зычный крик:

— Глава группы Чэнь! Капитан Цуй собирает всех глав у западного входа на духовное поле. Живо!

Чэнь И разомкнул веки. Взгляд его был холодным и ясным, а на лбу пролегла едва заметная морщина недовольства.

«Сбор в такой час? К добру это редко ведет».

Медлить не стоило. Он поднялся, одернул одежду и вышел во двор. Не успел он отмерить и десятка шагов, как навстречу, запыхавшись, вылетел Тянь Вэньцзин. Лицо того так и перекосило от досады, а из-под носа вырывалось невнятное ворчание:

— Проклятье… Ни свет ни заря, даже закончить цикл не дали.

Чэнь И сократил дистанцию и коротким, неуловимым движением скользнул рукой в рукав соседа, передавая тому тускло мерцающий духовный камень.

— Старший брат Тянь, к чему такая спешка? Зачем мы понадобились капитану Цую?

Тянь Вэньцзин привычно перекатил камень между пальцами, и тот мгновенно исчез в его складках одежды. Угрюмая гримаса на лице практика тут же сменилась радушной, почти подобострастной улыбкой.